Лисы в Китайской мифологии

Лисы в Китайской мифологии

Китайские оборотни — лисы — совершенно не похожи на европейских верфольфов. Это, как правило, образованные, изысканные существа, обладающие способностью к колдовству. Это могут быть мифические девятихвостые лисы, чьи голоса похожи на плач младенцев, а могут быть обычные полевые лисы, но чем они старше, тем больше их способности к колдовству и меньше их злые намерения. Пятидесятилетняя лиса может превратиться в женщину, столетняя может стать мужчиной и вступить в отношения с женщиной. А через тысячу лет лисе открываются законы Неба, и она становится Небесной лисой.

Даже простое появление лисы в ее естественным виде или неожиданная встреча с нею считались неблагоприятными и часто рассматривались как дурное предзнаменование: пробежавшая через двор лиса может на хвосте принести беду, встреченная в поле жалобно воющая лиса может стать предвестницей скорой, трагической гибели.

В человеческом облике лисы обольщают и морочат так, что их жертвы забывают обо всем и готовы реально «душу дьяволу отдать за ночь» с лисой. Именно того лиса-оборотень и добивается, ведь при физической близости она получает от мужчины его жизненную энергию, необходимую для дальнейшего совершенствования волшебных своих умений.

НЕМНОГО ФАКТОВ О ДЕВАХ-ЛИСИЦАХ

Лиса, как правило, заботится о том, чтобы ее появление не вызвало у людей удивления, равно как и о правдоподобии своей истории.

Лиса старается блюсти свою чистоту и нравственность.

Лиса тонко образована, она умеет слагать превосходные стихи. Вполне естественным кажется перенесение традиционных элементов образованности на лис, души умерших и на другие волшебные персонажи.

Лиса стремится соблюсти заведенные между людьми правила и обычаи. Когда в семье Ли поняли, что от Юань им никак не отделаться и что Да-дао от нее не откажется, и прекратили тогда враждебные действия, — Юань сделала подарки отцу и матери Да-дао как свекру и свекрови.

Лиса стремится обставить свое соединение с мужчиной как свадебный обряд, принятый среди людей: здесь будет и паланкин, в котором невесту доставляют в дом жениха, и цветные свечи, и подарки, и свадебный пир, на который приглашаются лисьи приятели.

Лиса помогает своим человеческим «родственникам» и не причинявшим ей зла людям.

Кроме того, лиса с удовольствием предсказывает будущее, помогает избежать неприятностей или, напротив, получить выгоду.

Лиса насылает напасти на противящегося ей человека. В характере лисы вредить человеку просто так, по природе своей, или для достижения какой-то цели.

Часто лиса швыряется разными предметами, гадит в пищу и совершает разного рода мелкие пакости, способные вывести из себя кого угодно.

Лиса наставляет своего возлюбленного. Юань на прощание советует Да-дао прилежно заняться учебой, сдать экзамены и покрыть тем самым род свой и родителей своих почетом и славой. Часто бывает так, что лиса оказывается более рассудительной, чем ее возлюбленный, и помогает ему вернуться на путь добродетели, когда он погрязает в пороках.

Со временем менялось и отношение к лисе.
если раньше лису просто избегали или старались ее уничтожить, то с конца первого тысячелетия нашей эры распространенной практикой стало почитание лисицы: в ее честь сооружали кумирни, к ней обращались с молитвами и просьбами, приносили жертвы. Лиса перестала быть однозначно злой, в письменных источниках сформировался нейтральный (если так можно выразиться) образ, нечто среднее между благовещей лисой (доброй по определению) и вредоносным животным.

В китайской традиции лисы прочно связаны с мертвыми, потому что роют свои норы в старых могилах, как правило, заброшенных, или рядом с ними. Часто бывает, что лиса присваивает себе фамилию того рода, в могиле которого живет, или даже выдает себя непосредственно за покойного. Связь с мертвым, пусть даже чисто «соседская», отчасти объясняет вредоносные свойства приписываемые лисе: и лиса, и душа умершего способны принимать людской облик и вступать в материальный контакт с живыми.

В представлениях китайцев существовало несколько, если так можно выразиться, возрастных категорий волшебных лис. Самая низшая — молодые лисы, способные к волшебству, но ограниченные в превращениях; далее — лисы, способные на более широкий диапазон превращений: они могут стать и обыкновенной женщиной, и прекрасной девой, а могут — и мужчиной. В человеческом облике лиса может вступать в отношения с настоящими людьми, обольщать их, морочить так, что они забывают обо всем. Подобные лисы в дотанской прозе сяошо встречаются чаще всего. Как правило, они — искусные обольстительницы. Приняв облик прекрасной девушки, такая лиса является к мужчине, очаровывает его своей неземной красотой, талантами, доступностью и вступает с ним в интимную связь. По сути, здесь мы имеем дело с трансформированным в письменных памятниках фольклорным мотивом женитьбы на волшебной деве.

Именно супружеские отношения с человеком являются конечной целью лисы, поскольку в процессе сексуальных сношений она получает от мужчины его жизненную энергию, что необходимо ей для совершенствования волшебных возможностей. В сборнике сунского автора Лю Фу (XI в.) «Цин со гао и» («Высокие суждения у дворцовых ворот») сказано: «Ибо в жизни человеческой в юности особенно сильно начало ян и слабо инь, в зрелые годы ян и инь поровну, а к старости становится меньше ян и много инь. А коли ян вовсе будет исчерпано и останется только инь — тогда смерть!» Поэтому лиса стремится выбрать себе в супруги юношу. Последствия такого рода отношений для человека вполне определенны: светлое начало в его организме насильственным образом убывает, жизненная энергия ослабляется. Внешне это выражается в резком похудании («кожа и кости») и общей слабости.

В конечном итоге человек умирает от истощения жизненных сил. Лиса же в результате может существенно увеличить свои волшебные возможности, что позволяет ей достичь долголетия, а может быть, даже бессмертия, и попасть тем самым в последнюю, высшую категорию — тысячелетних лис, стать святой (сянь ху), приблизиться к миру горнему (часто как раз о такой лисе говорится, что она белого цвета или девятихвостая), уйдя от суетных страстей мира людей. Подобная лиса уже не растрачивает себя на отношения с мужчинами, по своему поведению это, скорее, лиса-праведница.

Лиса постоянно разгуливает в человеческом облике, и только когда ей нужно спасаться бегством, то, не важно, днем ли, ночью, но она при всем честном народе падает на четвереньки и зверьком убегает от опасности. Ее можно заставить показать истинный облик, поднеся огонь близко к лицу. А также оборотень может становиться лисой в глубоком сне, переставая себя контролировать.

Чтобы совершить обратное превращение, лиса берет теменную кость умершей женщины (или мужчины, если хочет стать мужчиной), кладет эту кость себе на голову и кланяется луне. Если превращению суждено совершиться, то кость удержится на голове при всех 49 поклонах.

Начиная с династии Тан (VII-IX века), китайцы стали поклоняться фее-лисе. Подносить ей человеческую еду и питье, чтобы умилостивить. В то время появилась поговорка: «Там, где нет лисы, нельзя деревню основать».

В XVII веке в городской повести лиса-оборотень уже распространенный персонаж. Это прекрасная женщина, может быть, даже слишком красивая и слишком одаренная для дочери человеческой, но мало в чем проявляющая свои сверхъестественные способности. Дева-лиса прекрасная и своенравная, равно способная к добру и к злу. От связи лисы с человеком родятся дети, и у них нет никаких лисьих признаков, но уготовано великое будущее.

А праведных лис-фей уже причислили к «четырем великим семействам» животных вместе с хорьком, ежом и змеей. В деревнях в честь них сооружают маленькие кумирни, им приносят жертвы, моля о содействии в делах, спокойствии в доме и достатке.

Вы проходите по китайским полям и вдруг видите, что перед каким-то курганом стоит стол, на нем сосуды, знамена, знаки и все вещи, приличные храму. Вы осведомляетесь у прохожего китайца, что это такое, и слышите в ответ: «Это — фея-лиса». Она, видите ли, живет где-то тут в норе, и ее упрашивают не вредить бедному народу, а напротив, благодетельствовать, как положено святым.

Таким образом, лиса издавна воспринималась как предвестник судьбы. Первоначально появление девятихвостой лисы считали счастливым предзнаменованием исключительно для владетельных родов, но после Тан за белой лисой в народной фантазии сохранилось по-прежнему свойство быть добрым вестником — уже для любого человека. Другое дело — фея-лиса. Она способна приносить человеку и беду, и добро, ее образ противоречив. Если ей приносить жертвы, то она может помочь, может отблагодарить за справедливое к ней отношение. Фея-лиса обладает значительной волшебной силой, далеко превосходящей возможности человека.

Она знает будущее, широко эрудирована, способна к превращениям по своему желанию, умеет обольщать, заставляет человека потерять разум. Наконец, простая лиса-оборотень чаще всего является существом вредоносным, пусть даже она примет вид девы неземной красоты или прекрасного юноши. Ей, впрочем, не совсем чуждо чувство справедливости, но, как правило, она не в ладах с человеком. В отличие от феи-лисы, она может быть убита, хотя справиться с нею не так-то просто. Дело в том, что белая лисица, и фея-лиса, и лиса-оборотень — суть три разные ипостаси одного существа, соответствующие различным этапам его восприятия в китайской традиции.

Лисы в Китайской мифологии: 1 комментарий

Добавить комментарий