бывают дни, когда внутри остаётся только звенящая пустота, которую хочется залить самым громким звуком. мои наушники двадцать четыре на семь — это единственное место, где мне по-настоящему спокойно. я включаю музыку на максимум, закрываю глаза, и весь этот фальшивый, утомляющий мир с его серыми бетонными коробками, дурацкими советами и чужими голосами просто растворяется в темноте. это мой автономный бункер из лоу-фай бассов, ломаных битов и остывшего чая. музыка заменяет мне разговоры, она чувствует меня лучше, чем кто-либо на этой планете.я слишком рано научилась смотреть на жизнь без иллюзий и приторных розовых соплей. когда те, кому ты верил, уходят, оставляя после себя только грязь и слухи, ты просто закрываешься в своей ракушке. я выстроила вокруг себя железные стены, об которые бьются чужие мимолётные хотелки и глупые попытки взять меня на понт. во мне уживается холодный, уставший реализм и тихий внутренний пожар, о котором никто никогда не догадается. я не люблю пустые прелюдии и фальшивые улыбки. если я молчу — значит, мне так нужно. если я ставлю условия — значит, их придётся выполнять, даже если ради этого нужно ждать вечность.мои мечты не похожи на правильные глянцевые картинки. они пахнут свежей краской тату-машинок, ночным неоном и мокрым асфальтом, раскалённым от скорости, которая когда-нибудь обязательно случится. а пока я просто сижу в этой затяжной тишине, прячу свои мысли за тяжёлыми битами и остаюсь гордой, неприкасаемой и бесконечно одинокой среди этой толпы, пока в ушах играет один и тот же трушный мотив.