Цирковой флудик
Кароч, я решила создать флуд, по этой ролке. Просто теперь если кто-то хочет подать анкету: подавайте еë здесь.
Желательно меня потом ещë и пнуть, но это чисто пожеланию.
Основное прозвище — Безликий [лично предпочитает имя Мэпл]
Гимнаст
Дерево американского клёна
Понимает около 300 языков жестов — соответственно, в определённой степени понимает разговорные языки, на которых они основаны.
А… вы разве из прозвища не поняли характер?
Нет?
Ваш номер вот-вот начнётся. Ох, как же вы так не уследили за временем; казалось, что минутку к минутке рассчитали, а вот в ваших кукольных ушах и дребезжит оповещающий звонок. Вы всеми силами пытаетесь успеть, но, возможно, бежать на всех парах до сцены было не такой уж и хорошей идеей. Вы всё равно подскользнулись, упали, безнадёжно задержали представление, так ещё и с грохотом уронили весь реквизит.
Он аккуратно ступит к вам — даже не обратит внимание на то, как вы передёрнулись — выгнет плечо, локоть и запястье, неловко собрав инвентарь в одну руку. Другую он протянет вам. И почему-то будет держать её выставленной даже когда вы сами встанете, с опаской отнимете у него все принадлежности и убежите. Он забудет. Он исполнит свою часть представления и сразу же исчезнет с ваших незаинтересованных глаз, как только нога его зайдёт за кулисы.
Безликий кажется кем-то вроде штурмовика из Звёздных Воин. Из-за простого, незамысловатого телосложения. Из-за не наличия то ли лица, то ли голоса. Он кажется кем-то неодушевлённым.
За этим деревянным лицом скрывается либо неразумный тупица, которому несправедливо повезло оказаться в этом месте. Либо истинный мудрец, который навсегда проклят быть запертым в этом теле. Вы в самом деле рассматриваете второй вариант и пытаетесь увидеть в Безликом разумную душу, но почему-то при каждой вашей встрече отскакиваете и всё не решаетесь сделать шаг навстречу к нему.
А он? Он продолжит помогать вам. Подбирать ваши упавшие вещи и расставлять их так, как расставляете вы. Обращаться с ними куда аккуратнее, чем вы сами.
Он будет выглядеть либо как серийный убийца с маской поверх лица, в котором не осталось ничего человечного. Либо как самый тёплый и самый верный человек, чьё лицо просто не имеет значение — вы знаете, что он продолжит лелеять вашу душу, не обращая внимания ни на голос, ни на лицо, ни на тело — иметь значение будет только то, кто вы на самом деле.
Лишь если вы сблизитесь, вы узнаете, что Безликий — это на самом деле Безликая.
А если сблизитесь ещё чуть получше — Безликий. Безликая. Безликие. Безликое.
Она покажет вам место в самой глубине театра. Она прижмёт указательный палец правой руки к свой груди, после чего поднимет его и проведёт медленные круги возле места, в котором раньше находился рот. Эти аккуратные пальцы смогут рассказывать вам истории настолько выразительно и экспрессивно, что возможно на секунду вы даже забудете, как раньше боялись прикасаться к ним. Эти деревянные пальцы будут подрагивать и сжиматься в ладонь при каждом прикосновении — при каждом непривычном, забытом им контакте.
А Безликая в этот момент осторожно потянет за ваши нити и воспользуется вами, как марионеткой.
Нет-нет, ну что вы, не коварно, не жестоко. Просто… когда она робко покажет в сторону музыкального зала, вы ведь не сможете отказать. Вы проведёте её в это, казалось, обычное, ничем не примечательное место.
Эти пальцы тут же потянутся к фортепиано. Или, что ещё хуже — к виолончели. Коснутся старой, слегка исцарапанной древесины. Вздрогнут так же, как при первом контакте с вами.
И в эту секунду вы должны оказаться быстрее неё. И застегнуть чехол, закрыть крышку фортепиано, прежде чем она успеет прищемить о них пальцы и впервые за десятилетия в этом цирке почувствовать боль.
Ведь она вспомнила.
Она вспомнила времена, когда было ещё больнее. Когда толстые струны запутывали пальцы, оставляли следы, но сердце они ранили гораздо хуже.
Времена, когда казалось, что дождь идёт слишком мало, и хотелось больше прогулок по опустевшим и промокшим улицам.
Времена, когда можно было сколько хочешь времени листать семейные альбомы и видеть три счастливые улыбки.
Кларабель — о, ах да, та самая милая девчонка из пекарни. Она выглядела уж слишком молодо для того, чтобы с утра до вечера стоять за кассой, вместо того, чтобы учиться, как дети её возраста. Но эй — вроде как, она получала образование на дому? Да и учитывая заработок её семьи, у неё другого выбора-то и не было.
Но нет-нет, это не то, что она рассказала бы вам, пока вы бы ждали свой заказ. Зачем же говорить про неё? Она каждый день болтает с десятками других покупателей, давайте хотя бы вы не будете слышать про её проблемы. Но вот про вас ей удастся что-то узнать — как минимум вопросом “назовите самую лучшую вещь, которая произошла с вами за этот день”.
И да, вы-то не знали, но на самом деле о её проблемах слышал лишь один человек, посещавший пекарню.
Первая вещь, которую вы бы смогли подметить в Делайле — то, что она не отсюда. Её родители переехали совсем недавно — это было единственной причиной, по которой она не зашла в пекарню раньше. В каждой стране, в каждом городе девушка любила находить новые кафе, кофейни, где она бы зарывалась в наушники и утыкалась носом в свой исписанный блокнот.
Спустя неделю посещения, каждый работник помнил её заказ наизусть. Капучино, на коровьем молоке, без дополнительных сиропов, даже без булочки. Каждому второму хотелось покачать головой и проворчать, что они специализируются на выпечке, а кофе — самый дешёвый пункт в меню. Его было явно недостаточно для того, чтобы сидеть там до самого закрытия. Но что ж, кому в голову придёт язвить девочке-подростку за такую мелочь? К тому же, когда она приходила почти каждый день.
И хоть Делайла и улыбалась каждому продавцу, а “G’day” в её мелодичном мягком голосе звучало как сюита, что-то в её глазах загоралось, когда заказ принимала именно Кларабель. Ведь эта очаровательная особа всегда нарисует взбитым молоком кривой, но такой кропотливый цветочек поверх кофе. И когда Дели переспросит вопрос о лучшей вещи, случившейся за день, она даже не засомневается и скажет “ты пришла”.
Делайла исписывала каждую страницу стихами, мыслями, самыми настоящими поэмами, тихонько бормоча их под придуманную на ходу музыку. Кларабель кружилась от счастья каждый раз, когда ей позволяли оформить следующее пирожное. Одна хотела писать и исполнять песни. Другая — открыть собственную кондитерскую. Они обе мечтали о чём-то большем, о чём-то, чем они могли делиться с людьми. И обе верили друг в друга больше, чем в себя самих.
Это был долгий, но явно стоящий того путь. Они проходили его вместе, шаг за шагом выстраивали свои жизни, всегда были готовы оказать поддержку.
Наверное, именно поэтому рождение того лучика солнца было таким особенным.
Этот человек был в самом деле был удивительным. И таким живым.
Он больше всего в жизни любил своих родителей.
Она любила закутываться в одеяло, укладывать голову на подоконник и наблюдать за тем, как идёт дождь.
Оно любило играть со своими вьющимися волосами и плести косички.
Они любили ириски. Те самые, карамелизированные снаружи и тающие внутри. С кленовым сиропом.
Любили музыку.
Мама никогда не настаивала на том, чтобы она унаследовала её любовь к музыке. Но когда маленькие пальцы этого любопытного ребёнка коснулись струн — было ясно, что кажется, они нашли своё призвание.
Она просыпалась, бежала листать ноты, собиралась в школу, на переменах вальсировала под Laufey в наушниках, вприпрыжку бежала на музыкальные занятия и брала дополнительные, возвращалась домой. Играла, пока мама не принесёт травяной чай с корицей и не предложит что-нибудь испечь вместе.
Снова шла в школу.
В школе говорили, что она слишком не похожа на девочку.
Говорили, что их семья должна гореть в аду.
Родители не собирались с этим мириться. Определённо не собирались, чтобы с этим мирился их ребёнок. Меняли учителей, школы, районы. Этих людей они больше никогда не видели, но ох, их навязчивые голоса, заполняющие собой мысли, были как самая фальшивая и кривая мелодия.
Она играла ещё больше — но нет, не пока мама не отвлечёт. Пока пальцы не онемеют. Не начнут ронять смычок. Пока не услышит от невролога словосочетание “фокальная дистомия”.
И да, после этого перестала. И постепенно перестала быть такой живой.
🩷🤍💜🖤💙
💚🩷❤️
💚🩷❤️
pin.it/ZUZWMMoo0
@sebe (давайте сделаем вид, что у меня получилось уложиться в прошлую неделю) АЛЕКСАНДРР принимай дитёнка>>>
Цитата: милослав вновь нарастил реснички💅😽 от 21.07.2026, 02:40
Основное прозвище — Безликий [лично предпочитает имя Мэпл]
Гимнаст
Дерево американского клёна
Понимает около 300 языков жестов — соответственно, в определённой степени понимает разговорные языки, на которых они основаны.
А… вы разве из прозвища не поняли характер?
Нет?
Ваш номер вот-вот начнётся. Ох, как же вы так не уследили за временем; казалось, что минутку к минутке рассчитали, а вот в ваших кукольных ушах и дребезжит оповещающий звонок. Вы всеми силами пытаетесь успеть, но, возможно, бежать на всех парах до сцены было не такой уж и хорошей идеей. Вы всё равно подскользнулись, упали, безнадёжно задержали представление, так ещё и с грохотом уронили весь реквизит.
Он аккуратно ступит к вам — даже не обратит внимание на то, как вы передёрнулись — выгнет плечо, локоть и запястье, неловко собрав инвентарь в одну руку. Другую он протянет вам. И почему-то будет держать её выставленной даже когда вы сами встанете, с опаской отнимете у него все принадлежности и убежите. Он забудет. Он исполнит свою часть представления и сразу же исчезнет с ваших незаинтересованных глаз, как только нога его зайдёт за кулисы.
Безликий кажется кем-то вроде штурмовика из Звёздных Воин. Из-за простого, незамысловатого телосложения. Из-за не наличия то ли лица, то ли голоса. Он кажется кем-то неодушевлённым.
За этим деревянным лицом скрывается либо неразумный тупица, которому несправедливо повезло оказаться в этом месте. Либо истинный мудрец, который навсегда проклят быть запертым в этом теле. Вы в самом деле рассматриваете второй вариант и пытаетесь увидеть в Безликом разумную душу, но почему-то при каждой вашей встрече отскакиваете и всё не решаетесь сделать шаг навстречу к нему.
А он? Он продолжит помогать вам. Подбирать ваши упавшие вещи и расставлять их так, как расставляете вы. Обращаться с ними куда аккуратнее, чем вы сами.
Он будет выглядеть либо как серийный убийца с маской поверх лица, в котором не осталось ничего человечного. Либо как самый тёплый и самый верный человек, чьё лицо просто не имеет значение — вы знаете, что он продолжит лелеять вашу душу, не обращая внимания ни на голос, ни на лицо, ни на тело — иметь значение будет только то, кто вы на самом деле.
Лишь если вы сблизитесь, вы узнаете, что Безликий — это на самом деле Безликая.
А если сблизитесь ещё чуть получше — Безликий. Безликая. Безликие. Безликое.
Она покажет вам место в самой глубине театра. Она прижмёт указательный палец правой руки к свой груди, после чего поднимет его и проведёт медленные круги возле места, в котором раньше находился рот. Эти аккуратные пальцы смогут рассказывать вам истории настолько выразительно и экспрессивно, что возможно на секунду вы даже забудете, как раньше боялись прикасаться к ним. Эти деревянные пальцы будут подрагивать и сжиматься в ладонь при каждом прикосновении — при каждом непривычном, забытом им контакте.
А Безликая в этот момент осторожно потянет за ваши нити и воспользуется вами, как марионеткой.
Нет-нет, ну что вы, не коварно, не жестоко. Просто… когда она робко покажет в сторону музыкального зала, вы ведь не сможете отказать. Вы проведёте её в это, казалось, обычное, ничем не примечательное место.
Эти пальцы тут же потянутся к фортепиано. Или, что ещё хуже — к виолончели. Коснутся старой, слегка исцарапанной древесины. Вздрогнут так же, как при первом контакте с вами.
И в эту секунду вы должны оказаться быстрее неё. И застегнуть чехол, закрыть крышку фортепиано, прежде чем она успеет прищемить о них пальцы и впервые за десятилетия в этом цирке почувствовать боль.
Ведь она вспомнила.
Она вспомнила времена, когда было ещё больнее. Когда толстые струны запутывали пальцы, оставляли следы, но сердце они ранили гораздо хуже.
Времена, когда казалось, что дождь идёт слишком мало, и хотелось больше прогулок по опустевшим и промокшим улицам.
Времена, когда можно было сколько хочешь времени листать семейные альбомы и видеть три счастливые улыбки.
Кларабель — о, ах да, та самая милая девчонка из пекарни. Она выглядела уж слишком молодо для того, чтобы с утра до вечера стоять за кассой, вместо того, чтобы учиться, как дети её возраста. Но эй — вроде как, она получала образование на дому? Да и учитывая заработок её семьи, у неё другого выбора-то и не было.
Но нет-нет, это не то, что она рассказала бы вам, пока вы бы ждали свой заказ. Зачем же говорить про неё? Она каждый день болтает с десятками других покупателей, давайте хотя бы вы не будете слышать про её проблемы. Но вот про вас ей удастся что-то узнать — как минимум вопросом “назовите самую лучшую вещь, которая произошла с вами за этот день”.
И да, вы-то не знали, но на самом деле о её проблемах слышал лишь один человек, посещавший пекарню.
Первая вещь, которую вы бы смогли подметить в Делайле — то, что она не отсюда. Её родители переехали совсем недавно — это было единственной причиной, по которой она не зашла в пекарню раньше. В каждой стране, в каждом городе девушка любила находить новые кафе, кофейни, где она бы зарывалась в наушники и утыкалась носом в свой исписанный блокнот.
Спустя неделю посещения, каждый работник помнил её заказ наизусть. Капучино, на коровьем молоке, без дополнительных сиропов, даже без булочки. Каждому второму хотелось покачать головой и проворчать, что они специализируются на выпечке, а кофе — самый дешёвый пункт в меню. Его было явно недостаточно для того, чтобы сидеть там до самого закрытия. Но что ж, кому в голову придёт язвить девочке-подростку за такую мелочь? К тому же, когда она приходила почти каждый день.
И хоть Делайла и улыбалась каждому продавцу, а “G’day” в её мелодичном мягком голосе звучало как сюита, что-то в её глазах загоралось, когда заказ принимала именно Кларабель. Ведь эта очаровательная особа всегда нарисует взбитым молоком кривой, но такой кропотливый цветочек поверх кофе. И когда Дели переспросит вопрос о лучшей вещи, случившейся за день, она даже не засомневается и скажет “ты пришла”.
Делайла исписывала каждую страницу стихами, мыслями, самыми настоящими поэмами, тихонько бормоча их под придуманную на ходу музыку. Кларабель кружилась от счастья каждый раз, когда ей позволяли оформить следующее пирожное. Одна хотела писать и исполнять песни. Другая — открыть собственную кондитерскую. Они обе мечтали о чём-то большем, о чём-то, чем они могли делиться с людьми. И обе верили друг в друга больше, чем в себя самих.
Это был долгий, но явно стоящий того путь. Они проходили его вместе, шаг за шагом выстраивали свои жизни, всегда были готовы оказать поддержку.
Наверное, именно поэтому рождение того лучика солнца было таким особенным.
Этот человек был в самом деле был удивительным. И таким живым.
Он больше всего в жизни любил своих родителей.
Она любила закутываться в одеяло, укладывать голову на подоконник и наблюдать за тем, как идёт дождь.
Оно любило играть со своими вьющимися волосами и плести косички.
Они любили ириски. Те самые, карамелизированные снаружи и тающие внутри. С кленовым сиропом.
Любили музыку.
Мама никогда не настаивала на том, чтобы она унаследовала её любовь к музыке. Но когда маленькие пальцы этого любопытного ребёнка коснулись струн — было ясно, что кажется, они нашли своё призвание.
Она просыпалась, бежала листать ноты, собиралась в школу, на переменах вальсировала под Laufey в наушниках, вприпрыжку бежала на музыкальные занятия и брала дополнительные, возвращалась домой. Играла, пока мама не принесёт травяной чай с корицей и не предложит что-нибудь испечь вместе.
Снова шла в школу.
В школе говорили, что она слишком не похожа на девочку.
Говорили, что их семья должна гореть в аду.
Родители не собирались с этим мириться. Определённо не собирались, чтобы с этим мирился их ребёнок. Меняли учителей, школы, районы. Этих людей они больше никогда не видели, но ох, их навязчивые голоса, заполняющие собой мысли, были как самая фальшивая и кривая мелодия.
Она играла ещё больше — но нет, не пока мама не отвлечёт. Пока пальцы не онемеют. Не начнут ронять смычок. Пока не услышит от невролога словосочетание “фокальная дистомия”.
И да, после этого перестала. И постепенно перестала быть такой живой.
🩷🤍💜🖤💙
💚🩷❤️
💚🩷❤️
@sebe (
давайте сделаем вид, что у меня получилось уложиться в прошлую неделю) АЛЕКСАНДРР принимай дитёнка>>>
Цитата: милослав вновь нарастил реснички💅😽 от 21.07.2026, 02:40
Основное прозвище — Безликий [лично предпочитает имя Мэпл]
Гимнаст
Дерево американского клёна
Понимает около 300 языков жестов — соответственно, в определённой степени понимает разговорные языки, на которых они основаны.
А… вы разве из прозвища не поняли характер?
Нет?
Ваш номер вот-вот начнётся. Ох, как же вы так не уследили за временем; казалось, что минутку к минутке рассчитали, а вот в ваших кукольных ушах и дребезжит оповещающий звонок. Вы всеми силами пытаетесь успеть, но, возможно, бежать на всех парах до сцены было не такой уж и хорошей идеей. Вы всё равно подскользнулись, упали, безнадёжно задержали представление, так ещё и с грохотом уронили весь реквизит.
Он аккуратно ступит к вам — даже не обратит внимание на то, как вы передёрнулись — выгнет плечо, локоть и запястье, неловко собрав инвентарь в одну руку. Другую он протянет вам. И почему-то будет держать её выставленной даже когда вы сами встанете, с опаской отнимете у него все принадлежности и убежите. Он забудет. Он исполнит свою часть представления и сразу же исчезнет с ваших незаинтересованных глаз, как только нога его зайдёт за кулисы.
Безликий кажется кем-то вроде штурмовика из Звёздных Воин. Из-за простого, незамысловатого телосложения. Из-за не наличия то ли лица, то ли голоса. Он кажется кем-то неодушевлённым.
За этим деревянным лицом скрывается либо неразумный тупица, которому несправедливо повезло оказаться в этом месте. Либо истинный мудрец, который навсегда проклят быть запертым в этом теле. Вы в самом деле рассматриваете второй вариант и пытаетесь увидеть в Безликом разумную душу, но почему-то при каждой вашей встрече отскакиваете и всё не решаетесь сделать шаг навстречу к нему.
А он? Он продолжит помогать вам. Подбирать ваши упавшие вещи и расставлять их так, как расставляете вы. Обращаться с ними куда аккуратнее, чем вы сами.
Он будет выглядеть либо как серийный убийца с маской поверх лица, в котором не осталось ничего человечного. Либо как самый тёплый и самый верный человек, чьё лицо просто не имеет значение — вы знаете, что он продолжит лелеять вашу душу, не обращая внимания ни на голос, ни на лицо, ни на тело — иметь значение будет только то, кто вы на самом деле.
Лишь если вы сблизитесь, вы узнаете, что Безликий — это на самом деле Безликая.
А если сблизитесь ещё чуть получше — Безликий. Безликая. Безликие. Безликое.
Она покажет вам место в самой глубине театра. Она прижмёт указательный палец правой руки к свой груди, после чего поднимет его и проведёт медленные круги возле места, в котором раньше находился рот. Эти аккуратные пальцы смогут рассказывать вам истории настолько выразительно и экспрессивно, что возможно на секунду вы даже забудете, как раньше боялись прикасаться к ним. Эти деревянные пальцы будут подрагивать и сжиматься в ладонь при каждом прикосновении — при каждом непривычном, забытом им контакте.
А Безликая в этот момент осторожно потянет за ваши нити и воспользуется вами, как марионеткой.
Нет-нет, ну что вы, не коварно, не жестоко. Просто… когда она робко покажет в сторону музыкального зала, вы ведь не сможете отказать. Вы проведёте её в это, казалось, обычное, ничем не примечательное место.
Эти пальцы тут же потянутся к фортепиано. Или, что ещё хуже — к виолончели. Коснутся старой, слегка исцарапанной древесины. Вздрогнут так же, как при первом контакте с вами.
И в эту секунду вы должны оказаться быстрее неё. И застегнуть чехол, закрыть крышку фортепиано, прежде чем она успеет прищемить о них пальцы и впервые за десятилетия в этом цирке почувствовать боль.
Ведь она вспомнила.
Она вспомнила времена, когда было ещё больнее. Когда толстые струны запутывали пальцы, оставляли следы, но сердце они ранили гораздо хуже.
Времена, когда казалось, что дождь идёт слишком мало, и хотелось больше прогулок по опустевшим и промокшим улицам.
Времена, когда можно было сколько хочешь времени листать семейные альбомы и видеть три счастливые улыбки.
Кларабель — о, ах да, та самая милая девчонка из пекарни. Она выглядела уж слишком молодо для того, чтобы с утра до вечера стоять за кассой, вместо того, чтобы учиться, как дети её возраста. Но эй — вроде как, она получала образование на дому? Да и учитывая заработок её семьи, у неё другого выбора-то и не было.
Но нет-нет, это не то, что она рассказала бы вам, пока вы бы ждали свой заказ. Зачем же говорить про неё? Она каждый день болтает с десятками других покупателей, давайте хотя бы вы не будете слышать про её проблемы. Но вот про вас ей удастся что-то узнать — как минимум вопросом “назовите самую лучшую вещь, которая произошла с вами за этот день”.
И да, вы-то не знали, но на самом деле о её проблемах слышал лишь один человек, посещавший пекарню.
Первая вещь, которую вы бы смогли подметить в Делайле — то, что она не отсюда. Её родители переехали совсем недавно — это было единственной причиной, по которой она не зашла в пекарню раньше. В каждой стране, в каждом городе девушка любила находить новые кафе, кофейни, где она бы зарывалась в наушники и утыкалась носом в свой исписанный блокнот.
Спустя неделю посещения, каждый работник помнил её заказ наизусть. Капучино, на коровьем молоке, без дополнительных сиропов, даже без булочки. Каждому второму хотелось покачать головой и проворчать, что они специализируются на выпечке, а кофе — самый дешёвый пункт в меню. Его было явно недостаточно для того, чтобы сидеть там до самого закрытия. Но что ж, кому в голову придёт язвить девочке-подростку за такую мелочь? К тому же, когда она приходила почти каждый день.
И хоть Делайла и улыбалась каждому продавцу, а “G’day” в её мелодичном мягком голосе звучало как сюита, что-то в её глазах загоралось, когда заказ принимала именно Кларабель. Ведь эта очаровательная особа всегда нарисует взбитым молоком кривой, но такой кропотливый цветочек поверх кофе. И когда Дели переспросит вопрос о лучшей вещи, случившейся за день, она даже не засомневается и скажет “ты пришла”.
Делайла исписывала каждую страницу стихами, мыслями, самыми настоящими поэмами, тихонько бормоча их под придуманную на ходу музыку. Кларабель кружилась от счастья каждый раз, когда ей позволяли оформить следующее пирожное. Одна хотела писать и исполнять песни. Другая — открыть собственную кондитерскую. Они обе мечтали о чём-то большем, о чём-то, чем они могли делиться с людьми. И обе верили друг в друга больше, чем в себя самих.
Это был долгий, но явно стоящий того путь. Они проходили его вместе, шаг за шагом выстраивали свои жизни, всегда были готовы оказать поддержку.
Наверное, именно поэтому рождение того лучика солнца было таким особенным.
Этот человек был в самом деле был удивительным. И таким живым.
Он больше всего в жизни любил своих родителей.
Она любила закутываться в одеяло, укладывать голову на подоконник и наблюдать за тем, как идёт дождь.
Оно любило играть со своими вьющимися волосами и плести косички.
Они любили ириски. Те самые, карамелизированные снаружи и тающие внутри. С кленовым сиропом.
Любили музыку.
Мама никогда не настаивала на том, чтобы она унаследовала её любовь к музыке. Но когда маленькие пальцы этого любопытного ребёнка коснулись струн — было ясно, что кажется, они нашли своё призвание.
Она просыпалась, бежала листать ноты, собиралась в школу, на переменах вальсировала под Laufey в наушниках, вприпрыжку бежала на музыкальные занятия и брала дополнительные, возвращалась домой. Играла, пока мама не принесёт травяной чай с корицей и не предложит что-нибудь испечь вместе.
Снова шла в школу.
В школе говорили, что она слишком не похожа на девочку.
Говорили, что их семья должна гореть в аду.
Родители не собирались с этим мириться. Определённо не собирались, чтобы с этим мирился их ребёнок. Меняли учителей, школы, районы. Этих людей они больше никогда не видели, но ох, их навязчивые голоса, заполняющие собой мысли, были как самая фальшивая и кривая мелодия.
Она играла ещё больше — но нет, не пока мама не отвлечёт. Пока пальцы не онемеют. Не начнут ронять смычок. Пока не услышит от невролога словосочетание “фокальная дистомия”.
И да, после этого перестала. И постепенно перестала быть такой живой.
🩷🤍💜🖤💙
💚🩷❤️
💚🩷❤️
pin.it/ZUZWMMoo0
@sebe (
давайте сделаем вид, что у меня получилось уложиться в прошлую неделю) АЛЕКСАНДРР принимай дитёнка>>>
Шикарный парень. Принят)